Мысль растекается пространная,
а суть нисколько не видна.
Так неужели фраза странная-
, In vino veritas, — верна?
Я предвесенними дурманами,
как опьянённая, бреду.
Укрывшись белыми туманами,
в вечерней мгле к тебе приду.
Была я раненою пташкою,
свой дух свободный сокрушив.
Духи с жасмином и ромашкою,
как шлейф загадочной души.